Seniorita (Олеся)

ОБЫКНОВЕННЫЙ САДИЗМ

    ...Она сидела за компом и изучала ICQ... К горлу подступала поздняя осень, озябший Киев погружался в темноту и депрессию. Стучащий зубами трамвай поскальзывался на рельсах и истерически повизгивал, заворачивая вокруг ее дома. Тот самый фонарь, освещавший традиционные ночные бдения на подоконнике, когда острое жалящее вдохновение прерывало ее девичьи сны... он был уже стар, сгорблен и несчастен, его было откровенно жаль... Чего еще было жаль? Да, конечно... Он так и не появился в огромной таблице синеньких обитателей он-лайна, подмигивавших ей поочередно незатейливыми «приветами». Странно, что его нет. Хотя, конечно, он мог уже быть совсем в другой точке пространства, мало связанной с ICQ и мало связанной с ней...
    Хорошо бы, чтоб он там был – в суетном вокзальном ожидании, в дрожащем от нетерпения поезде... и занят, бесконечно занят. Он будет занят до тех пор, пока она сможет в это верить. Ведь... как только... свободная минутка... «ах, да, я ведь забыл ей написать!» Время пульсом тикало в правом виске монитора, и она намеренно не смотрела туда. Конечно, чаты, бестолковые бодрящие разговоры... Зачем они все веселятся, как дураки... Ведь если бы им было так весело, как то утверждают бесконечные смайлики, сидели б они тут, как же... Она поймала себя на том, что ей тоже сейчас захотелось поставить смайлик в конце этой мысли, чтоб не было так бесконечно больно, чтоб обмануть своего внутреннего собеседника, рыдавшего маленьким ребенком, оставленным посреди ночи...
    СМСка! «Как дела? Как настроение?» Вот, блин! Естественно, как ни в чем не бывало. «Скучаю...» Ненаписанный вопрос – правда? уехал? и уже завтра я смогу прикоснуться?.. Нет! Этого не может быть! Как же так, ведь по сети ей передали, что он выехал... «Не расстраивайся. В этот раз не получилось, так в другой приеду». Самое интересное, что ей даже внутренне стало легче. Он не успел в последний момент, его срочно вызвали по делу, что-нибудь с семьей... Но хотел успокоить – «не расстраивайся». «Я не расстраиваюсь, так даже лучше, я приболела немного».
    Она действительно чувствовала себя больным котенком. Бил озноб, и пальцы не попадали по клавишам. Дорогие чатлане! Я не буду сейчас вас развлекать искрометными всплесками наигранных эмоций... Я ухожу... Нет – Аська! Ответить на приветы... Как дела? Плохо... Да, плохо дела... Не стоит, не поможете, спасибо... Состучимся... Спасибо за поздравления... Да, завтра день рожденья. Самый отчаянно грустный день рожденья в жизни...

    Утро. Ребенок проснулся позже, это хорошо. Муж будет спать еще долго после ночи за компом. Да и не стоит его пытать своей сдавленной истерикой. Сохраненные СМСки, кусочки его внимания к ней... «Жизнь кончается не завтра». Правильно. Это испытание. Он приедет все равно... Ребенок бежит к магнитофону. Радио. Концерт по заявкам. Да, у меня есть заявки, исполните пожалуйста. Как всегда, в точку: «Не отрекаются любя, Ведь жизнь кончается не завтра...» Ей всегда нравилось наблюдать эти тонкие соответствия между собственными эмоциональными всплесками и музыкальными ответами извне. Эта знаковость так радовала ее... вот и сейчас тяжесть почти осела... Кому бы позвонить... Мобила. Сообщение? Странно... Остаток на счету? Нет. Он! Он в поезде? Почему? Отправлено в 7.30. А сейчас? Пол-одиннадцатого. Как же так? Он не хотел ее видеть? Ответ: «Я уже в гостинице». Непонимание. Резанула обида. Ребенка – маме. Разбуженный муж ничего не может понять. Почему она плачет? Но все же в порядке? Уходит? Хорошо! Постепенно супруг из сонной заторможенности вылетает в состояние зрителя голливудской комедии парадоксов. Вот это – накал страстей! Она топает по квартире и матерится. Надо же, как он ее. Правильно, вот тебе садизм по полной программе! Ты ведь этого хотела? Да, она хотела и этого тоже. Всего, что он согласится ей дать в ответ на ее собачью преданность.

    Гостиница... Он даже не встретил. Конечно, зачем? Пришла... Он в костюме. Боже, как здорово. Почему-то всегда до внутреннего трепета волновал именно такой образ – мужчина в костюме... Не обнял сразу. Смотрит пронзительно и страшно. Нет, ничего нет во взгляде пугающего, это ей страшно – что будет теперь, как будет, почему он молчит... «Ты опоздала». Да, она опоздала на двадцать минут! Долго и бессмысленно носилась дома по комнатам, словно убегала от осознания происходящего, от понимания того, на что она идет. Металась загнанным зверем, уже осознавшим, что будет пойман... Улыбнулся: «Впрочем, так и должно было быть». В номере она никак не могла затормозить проносившиеся в голове мысли, а эмоции старалась запихнуть поскорее вовнутрь, за бронежилет самообладания. Как он хочет, чтоб она себя вела? Взрослая девочка, она сидела неискушенным ребенком, старательно загоняя себя в рамки «правильного» поведения. На самом деле ей безумно хотелось опуститься перед на колени и целовать ноги – в первый раз хотелось это сделать изнутри своего естества, а не по традиции подобных отношений. Что он говорит? Что она отвечает? В какой-то момент сознание перестало давать об этом отчет. Он рядом – царственный и невозмутимый, желанный и недосягаемый, и она – покорная и давно уже приговоренная быть у его ног. Он взял ее за подбородок. Она подумала, что этот жест убил последнее желание воспротивиться, если б оно и было... Странно, раньше целоваться она не любила... Его взгляд... Так вот что называется гипнозом! Только эти глаза, ничего вокруг больше не надо, заберите весь мир! Ни времени, ни пространства... «Отведи глаза!» Это он сказал. Но почему? Она не хочет. Чего бы это не стоило. Смотреть заворожено и бесконечно, как в сказке... В какой? Странно, нет такой сказки. Это новая, подумала она... «Ложись на живот». Нет, она не может... А как же «все сделать, что он скажет»? Нет, только не это... Не шевелиться... Он сам перевернул, делов-то! Она старалась не дрожать. Не от страха, нет – от счастья, оттого, что он может сделать все, что захочет, и она не возразит. «Как, совсем не сопротивляться?» – неистовствовал «внутренний страж». – «Вот так вот взять и на все согласиться? Дура, ведь это должно быть в конце дороги, а вовсе не в начале!» В конце дороги... дороги с ним... Да, она пойдет с ним, весело семеня рядом, забегая иногда вперед, желая поскорее всего («и побольше, и таблеток от жадности»), и возвращаясь на свое место, на полшага позади него, приструненная поводком. Его ремень... Да, спасибо, да, об этом она мечтала... Конечно, он черный, ей всегда такие больше нравились... Это совсем не больно, и это ерунда, и это она выдержит... Вскочила. «Я разрешил встать?» Замотала головой, стало стыдно и неловко за свою трусость. Он в этот раз нежен, а она... где ее хваленая выдержка? Это любимый человек, вот в чем дело – послышался голос. Говорила душа, все громче и громче. Тело тоже говорило – оно рассказывало невербально, но совершенно явно о том, что творится в душе. Только слов не было – ну не было слов! Таких. Все же совершенно непонятно, отчего ласки этого человека производят на нее такое впечатление. Правильней было бы сказать – почему они вообще производят впечатление? Холодное оцепенение она обычно ощущала в таких случаях... всегда?... да, всегда. Разочарование – привычный гость, стучавший в ее сердце, только лишь она пыталась вновь и вновь поверить, что, может быть, в этот раз будет не так... Нет, никто ее не назвал холодной, кроме ее самой... Актерское мастерство, чего уж там... Так хотелось одобрения и восхищения после стараний... И ей удавалось. Фраза «ты такая одна на миллион», слышанная неоднократно, придавала уверенности, отступал комок в горле от очередной неудачной попытки, возникало ощущение покорения мужчины... одного за другим... Но не было полета. И вдруг – крылья. «Спасибо Вам». К нему – только на «Вы». С божеством нельзя быть на равных. Поцеловать руку. Нет, нисколько не стыдно. Радостно и легко...

    Поздно ночью, когда она уходила (пора – ведь муж, ребенок все-таки), отважилась спросить, почему же он не сказал сразу, что едет. Почему? Зачем она простонала от бессонницы всю ночь? «Обыкновенный садизм», – ответил он. Да, конечно, все правильно, как же она не догадалась. Рассмеялся. «Пошутить хотел и тут же прислать другую СМСку. Но она не ушла – поезд вышел из зоны досягаемости. Зато акт садизма состоялся». Действительно, смешно. Она ехала домой в теплом такси, которое, как ей казалось, летело просто в космосе, потому что снег, салютом врезавшийся на ходу в лобовое стекло, очень уж напоминал заставки из фантастических фильмов. День рожденья. Самый отчаянно счастливый день рожденья в жизни.


Обсуждение этого текста в форуме клуба

Новинки

Мы пишем

Листая старые страницы

Переводы

Классика жанра

По страницам КМ

Заметки по поводу...

Главная страница